Исследователи Google Quantum AI продемонстрировали преимущество квантового процессора Willow над классическими стратегиями в нескольких экспериментальных задачах. В игре «магический квадрат» процессор выиграл 98,3% раундов при классическом пределе 88,9%, свидетельствует публикация в Science.

Ученые проверяли квантовую контекстуальность — свойство, при котором результат измерения зависит от того, какие другие совместимые измерения проводятся вместе с ним. Исследователи считают ее одним из механизмов, позволяющих квантовым компьютерам выполнять определенные задачи эффективнее классических.

Эксперимент с магическим квадратом

В игре Mermin–Peres Magic Square два участника получают задания заполнить строку и столбец таблицы размером 3 × 3 числами +1 и -1. Произведение чисел в строке должно равняться +1, в столбце — -1, а значения на пересечении должны совпадать. После получения задания игрокам запрещено общаться.

Правила построены таким образом, что заранее согласованная классическая стратегия позволяет выигрывать не более восьми раундов из девяти — примерно в 88,9% случаев. Однако при использовании квантовой запутанности вероятность победы теоретически может достигать 100%.

Команда Google реализовала эксперимент на процессоре Willow с использованием четырех кубитов, представляющих две запутанные пары. В ходе 900 000 раундов Willow выиграл в 98,3% случаев.

Как объяснили исследователи Шашват Кумар и Родриго Кортинас, эксперимент позволяет проверить, что ответы квантовой системы не сводятся к набору заранее определенных значений.

Дополнительно команда измерила нарушение неравенства Белла — Кохена — Спекера, которое используется для выявления квантовой контекстуальности. Полученный показатель составил 5,59 при классическом пределе 4 и теоретическом квантовом максимуме 6.

Испытания расширили до 105 кубитов

Следующим этапом стала проверка того, сохраняется ли преимущество квантовых стратегий при увеличении количества участников. Для этого ученые использовали игру на основе состояний Гринбергера — Хорна — Цайлингера (GHZ).

В ней несколько участников получают задания и должны согласованно выдавать ответы без обмена информацией. Квантовая запутанность позволяет добиваться результатов, недоступных классическим стратегиям при тех же ограничениях.

Исследователи постепенно увеличивали размер системы, задействовав до 71 кубита. Согласно Google Quantum AI, процессор сохранял преимущество над классическим пределом на всех исследованных масштабах. Однако с увеличением количества кубитов вероятность успешного выполнения задания снижалась. Одна из причин — накопление ошибок квантовых операций.

В отдельной серии экспериментов команда изучила задачу поиска скрытой линейной функции (Hidden Linear Function, HLF). Ученые реализовали квантовую схему небольшой глубины на двумерной решетке кубитов. При увеличении масштаба до 105 кубитов вероятность правильного ответа снизилась примерно до 60%.

Новый способ проверки квантовых процессоров

Исследователи рассматривают контекстуальность не только как фундаментальное свойство квантовой механики, но и как инструмент оценки качества вычислительного оборудования. Стандартные тесты со случайными квантовыми схемами не всегда выявляют небольшие систематические ошибки оборудования. В задачах на контекстуальность такие отклонения становятся заметнее, поскольку от кубитов требуется строго согласованная работа.

Игры с математически установленными пределами классических стратегий позволяют оценивать квантовое оборудование без прямого сравнения его скорости с обычными компьютерами. Превышение классического предела свидетельствует о сохранении квантовой контекстуальности даже при наличии аппаратных ошибок.

Однако исследование не означает, что Willow уже способен выполнять произвольные вычисления быстрее лучших классических компьютеров. Продемонстрированное преимущество относится к конкретным задачам и условиям эксперимента.

Напомним, в октябре исследователи Google Quantum AI добились примерно 40-кратного снижения ошибок при подготовке специальных квантовых состояний на Willow.

Годом ранее компания представила алгоритм Quantum Echoes и сообщила о достижении «верифицируемого квантового превосходства» в отдельном вычислительном эксперименте. Тогда технология использовалась для изучения квантовых систем, а не для выполнения универсальных прикладных задач.